Зелье Аптекаря Брейтингама

В ноябре 1724 г. по приказу императора Петра Великого был осужден и казнен фаворит императрицы Екатерины I Виллим Монс. Близкий друг Монса, Аптекарь Кристиан Брейтингам, не дожидаясь ареста, отравился.

Виллима Монса император знал еще мальчиком, поскольку часто встречал его в доме своей метресы (официальной любовницы) Анны Монс в Немецкой слободе Москвы. Петр способствовал успешной военной карьере Виллима, зачислив его в Преображенский полк. Молодой гвардеец доказал свое мужество в сражениях при Лесной, под Полтавой и при капитуляции шведской армии под Переволочной. Природа щедро одарила его красотой и статью, а в изысканности манер ему не было равных. Понятно, что Екатерина обратила внимание на молодого гвардейского офицера и сделала его сначала камер-юнкером, а затем камергером своего двора.

Вместе с Виллимом Монсом в Немецкой слободе вырос и Кристиан Брейтингам. Только он стал не военным, а Аптекарем. В 1713 г., будучи гезелем (помощником Аптекаря), Брейтингам сопровождал подводы с лекарствами из Москвы в Петербург, а в 1718 г. уже числился Аптекарем Главной аптеки. Причем был в ней настолько заметной фигурой, что Ф.В. Берхгольц, камер-юнкер герцога Голштинского, в своем дневнике назвал Главную аптеку «аптекой Брейтингама». Брейтингам жил в собственном доме в Немецкой слободе, слыл галантным и обходительным кавалером, а также поверенным в амурных делах Виллима Монса.

Виллим прекрасно знал крутой нрав императора, посадившего на кол любовника своей первой жены Евдокии в 1718 г. И тем не менее решился на «неприличную короткость с императрицею». Адъютант Петра I, Франц Вильбуа, в своих мемуарах писал: «Страсть царицы к Монсу была столь сильна, что она была всеми замечена, и немыслимо было думать, что о ней не узнает царь. На этом примере я лучше всего понял, насколько любовь слепа, и что нет ничего труднее, чем ее скрыть».

Император узнал об измене своей жены из подметного письма. Болтливый секретарь Монса рассказал своему приятелю, что видел в переписке Монса с Екатериной некий «рецепт питья про хозяина». Дело было представлено таким образом, что Екатерина со своим любовником хотела отравить Петра I. Естественно, возникло предположение, что рецепт зелья подсказал Монсу его закадычный друг, Аптекарь Брейтингам. Проверить это предположение не удалось, поскольку Брейтингам покончил жизнь самоубийством, приняв яд. По указу царя тело Брейтингама было повешено у позорного столба в Немецкой слободе с надписью, объясняющей его преступление, – самоубийство, осуждаемое православной церковью и русскими законами.

Гнев Петра Великого был ужасен. Служанка-француженка княжон Анны и Елизаветы рассказывала, что после допроса Монса в Петропавловской крепости лицо царя было мертвенно бледным, глаза сверкали и блуждали, все тело дергалось в конвульсиях. Не говоря ни слова, он долго ходил по комнате, бросая страшные взгляды на своих дочерей, которые в страхе выскользнули в другую комнату. Раз двадцать царь вынимал и бросал назад свой кортик, который носил сбоку. Он вбивал его в стены и в стол со страшными гримасами и судорогами. Эта сцена длилась почти полчаса, и все это время он задыхался, стучал ногами и кулаками, бросал на пол свою шляпу и все, что ни попадалось под руку. Под конец, он, уходя, грохнул дверью с такой силой, что она треснула.

Казнь Виллима Монса – не как прелюбодея, а как взяточника и казнокрада – состоялась 16 ноября 1724 г. Монс сам спокойно поднялся на эшафот, дал прощение палачу, отдал поклоны на все стороны, помолился вместе с пастором и, положив голову на плаху, сразу поднял руку, давая знак палачу выполнить свое дело. В начале декабря царь с женой и дочерьми проехал в карете мимо того места, где под снегом виднелось тело Монса и его вбитая на кол голова. Вероятно, это событие породило в дальнейшем легенды, что Петр I якобы заставил смотреть жену на казнь любовника, а потом поместил его заспиртованную голову к ней в комнату.

Владислав Карташов, проф. ММА им. И.М. Сеченова

Вернуться к списку статей номера